(Корреспондент) Последние несколько лет в Киеве ведется интенсивное жилищное строительство, однако за все это время не было построено ни одного по-настоящему интересного объекта…

Архитектурное решение объекта только тогда будет интересным, когда при его создании будет уделено достаточное внимание как формированию оригинального и органичного образа, так и гармонизации предлагаемого проекта с историческим, этнокультурным и проч. контекстом вкупе с продуманным благоустройством. Архитекторы должны заботиться не только о создании интересных форм (а ведь и с этим у нас сейчас дела обстоят неважно), но и о проработке корреспондирующей с ними эстетики прилегающей территории. В принципе, речь идет о необходимости долгосрочного, как принято сейчас говорить – стратегического планирования развития районов и города в целом. К сожалению, до недавнего времени земля под застройку у нас выделялась в основном небольшими участками. Сейчас эта тенденция уходит, архитекторы уже начинают работать с большими массивами, но пока результаты этого скажутся, немало воды утечет. А пока люди строят не комплексно, не развивают территорию, а просто выжимают из своей «почтовой марки» все, что могут. Градостроительный расчет, в котором учитываются и допустимая плотность населения, и возможности, а с ними – и требования к развитию инфраструктуры, до недавнего времени многими – и небезуспешно – просто «объезжался на кривой козе». В результате отчаянная погоня за дополнительными метрами привела и продолжает приводить как к физической, так и к психологической перезагруженности территорий, ко все более явственно ощутимому дискомфорту. А ведь именно комфортность, точнее, уютность, причем уютность большого, разместившегося на уникальном по красоте и нежности линий и красок ландшафте города, – это визитная карточка Киева. Конечно, это субъективное мнение, но Киев в архитектурном плане мне не кажется очень интересным. Судите сами: такой древний город – а что у нас действительно древнего? Если говорить об архитектурной весомости, то разве что «украинское барокко»! Вообще история Киева в этом плане несчастливая – сплошь разломы да провалы. Единственная, пожалуй, непрерывная и в определенном смысле «настоящая» наша история – это история центра Православия. Но и тут – сперва татары и Андрей Боголюбский, затем – «реставраторы» 17-19 веков и, наконец, «строители» самых разных светлых будущих «потрудились от души, над переменой облика столицы…». Если что и сбереглось с приснопамятных времен – так это великолепный ландшафт и уже несколько подпорченное за последнее время ощущение уюта. Для такого мегаполиса все это нечто из ряда вон выходящее, и потому первостепенная задача киевских архитекторов – сохранение уникальной естественной среды и ландшафта, минимизация привнесения в нее искусственности.

(Корр.) Но ведь задача архитектуры – создавать искусственную среду обитания. Как же тогда архитектуре, оставаясь искусством, т. е. в том числе и создавая нечто искусственное, минимизировать искусственность формируемой ею среды?

В последние десятилетия «практическая» архитектура в основном сосредоточилась на решении диаметрально противоположной задачи: максимум искусственности и, через потерю художественности, минимум искусства. Единообразие и скучность стали прочно ассоциироваться с функциональностью и рентабельностью. В противовес этому поветрию наиболее неординарно мыслящие архитекторы спешат «удивлять» надуманной экстравагантностью или максимальным «слиянием» с природой, забывая при этом, что крайности, как правило, сходятся, да и при всем желании такие решения не могут наметить ни выхода, ни перспектив, что связано с искусственностью самих городов, важнейшим назначением которых от самого их возникновения является удовлетворение утилитарных потребностей населения за счет изменения естественной среды.
Не только выход, но и путь предлагает разрабатываемая в УЦИММ эко-динамическая архитектура, которая ставит перед собой комплексную задачу – быть искусством, минимизировать искусственность формируемой и изменяемой ею окружающей среды и при этом гармонически удовлетворять утилитарные и эстетические потребности горожан.

(Корр.) Любое изменение окружающей среды – это вмешательство в экологию. Как эко-динамическая архитектура решает этот вопрос?

Давайте сначала определимся: а что, собственно, понимается под экологией? Защита окружающей среды? Окружающей кого? В общем-то, нас. То есть мы – это как бы нечто одно, а «среда» – совсем другое. И что такое эта «среда»? Скажите, хочется ли вам, в самом деле, защищать от кого-то, тем более, от себя самого, какую-то «среду»?
В общем, если вдуматься, никакой такой «окружающей среды» нет. Да, нас окружает «природа», но ведь окружающие нас люди, а вместе с ними и мы сами, – это тоже природные существа. Возникает затруднение: получается, что нужно защищать все от всего, а это нелепо. Поэтому следует, пожалуй, сказать, что защищать нужно естественное в смысле «здорового» от неестественного в смысле «больного».
Человек – это элемент окружающей среды, часть экологического процесса, причем для нас самих – важнейшая его часть. Человеку нужен чистый воздух, минимум шума, правильная освещенность – иначе он будет испытывать постоянный дискомфорт. Но эко-динамическая архитектура подходит к вопросу еще шире, учитывая не только животное, но и духовное начало человека, который, помимо прочего, должен получать эстетическое удовольствие от среды своего обитания. Т.е. мы говорим об эстетике как неотъемлемой части экологии. Приведу конкретный (один негативный) пример. Вы бывали на Троещине? Удручающая монотонность типовых параллелепипедов, грубо разрезанное плоскостями пространство, примитивный рельеф при высокой плотности населения – все это сказывается на психике, прежде всего – детской. Как результат – один из самых высоких уровней подростковой преступности в Киеве. Тупая агрессия окружающего пространства подталкивает ребят к выбору адекватного modus operandi. Решение проблемы – в создании архитектурных форм, точнее – архитектурной среды, воспитывающей в социуме чувство прекрасного. Ведь большинству людей даже в голову не придет, скажем, намусорить, если все вокруг «чисто и светло».
Существенным вопросом экологии является также то, что называют казенным словом «озеленение». Проблемы озеленения напрямую связаны с «узким» пониманием инвесторами «добавленной стоимости». То, что инвесторы заинтересованы в максимизации добавленной стоимости – уважаемо и понятно. Но, к сожалению, многие из них до того привыкли, не задумываясь, «купаться» в благоприятной конъюнктуре, что не только не пытаются формировать рыночные представления, но даже не удосуживаются поспевать за куда более динамично меняющимися представлениями своих потенциальных клиентов. В результате они просто отказываются понимать, что добавленную стоимость образуют не только добавленные метры вкупе с экономией на всем, и потому ради этих метров с легкостью жертвуют, в том числе, и площадями под «озеленение и благоустройство», и качеством их оформления. А ведь такие вещи, как «вид из окна», «свой» парк, общественная узнаваемость места и т. п. способны в гораздо большей степени и, зачастую, с куда меньшими затратами поднять потребительскую ценность предлагаемого жилья. С другой стороны, это и «экология», и эстетика, и динамизм – ведь налицо перманентно меняющиеся цвета и формы!

(Корр.) Насколько правильным является введение понятия динамизма в архитектуру? Ведь архитектура статична.

Статична не архитектура в целом, а доминирующие сегодня архитектурные формы, что, с точки зрения «антропогенного», вполне можно рассматривать как нечто неприродное, ведь динамизм – это неотъемлемое свойство живого существа, а тем более – человека. Таким образом, экологическая архитектура должна быть в то же время и динамической. При этом динамику можно понимать трояко: в узком смысле слова – как пространственное движение, в общепринятом – как движение в смысле изменения, и в философском – как актуализацию возможного. В архитектуре – а мы говорим сейчас об эко-динамической архитектуре – широко используются все три представления, но все же наиболее универсальным и перспективным является третье.
Следует обратить внимание вот на что: динамика – это, прежде всего, движение, и коль скоро любое архитектурное решение при всем возможном динамизме отдельных его составляющих по сути своей статично, то движение должно происходить в первую очередь в представлении тех, кто это решение воспринимает. Люди, живущие в этих домах или проходящие мимо, должны переосмысливать созданный образ, он должен стимулировать их фантазию, навевать какие-то ассоциации – это и есть движение, причем не только прямое и непосредственное, но и вторичное, рождаемое благодаря коммуникациям и аллюзиям.

(Корр.) Существуют ли в УЦИММ реальные проекты, в основу которых положены принципы эко-динамической архитектуры?

Да, такие проекты уже есть. Один из первых – проект жилого дома по улице Шелковичной 13-15/1. На разных стадиях проектирования и строительства находится и ряд других объектов, в которых полностью или частично реализованы пропагандируемые нами принципы. Сейчас наш коллектив работает над большим проектом – многофункциональным жилым комплексом «Протасов Яр». В архитектурном смысле он видится нам очень интересным. По-моему, в Украине нет еще прецедента размещения на относительно небольшом пятачке столь большого в смысле разнообразия форм количества объектов, синтетически увязанных в единое целое.
Мы верим, что в результате возведения комплекса «Протасов Яр» на карте города появится новая достопримечательность, самобытная и, в то же время, органичная, сопряженная с уникальным природными рельефом. Ведь Протасов Яр – один из немногих сохранившихся в центре города естественных зеленых участков. К сожалению, участок не ухожен – у города на это нет денег, да и оползневой характер местности не позволяет сохранить эту зону без проведения серьезных инженерных работ. Растительность на территории – в основном самосев и практически выродившиеся фруктовые сады – официально характеризуется «как не имеющая ни исторического, ни эстетического, ни дендрологического значения». Но чтобы все-таки сохранить для киевлян столь редкую для центра зелень, мы собираемся не просто застроить участок – мы предлагаем создать на этом месте уникальный дендрологический комплекс. Уникальный двояко. Во-первых, вместо самосева предполагается высадить на территории дорогие породы деревьев, которые максимально защитят жителей комплекса от шума, пыли и т. п. К этому следует также добавить, что инвесторы обязались выделить значительные средства на озеленение и благоустройство «прилегающих» у комплексу территорий (слово «прилегающие» взято в кавычки постольку, поскольку размер этих территорий более в чем десяток раз превосходит размер территории самого комплекса). Во-вторых, мы хотим пойти еще дальше – создать уникальную цветовую визуализацию района, предложив для посадки деревья и кусты преимущественно красно-лиственные пород.

(Корр.) Но ведь красный цвет считается агрессивным…

Разумеется, там будет присутствовать не только красный цвет. Например, есть деревья, листья которых распускаются ярко-алыми, но потом зеленеют. Есть, напротив, такие, которые весной и летом зелены, но у них потрясающий осенний красный цвет. Есть деревья, которые стоят красными или пурпурными весь сезон, а у иных красные стволы или ветви. Мы хотим, чтобы красный цвет все время доминировал, но за счет таких вот переходов. Еще один важный момент: помнится, Веласкес в свое время открыл, что чистота цвета проявляется только на фоне дополнительного ему цвета. Для красного таким является зеленый. Внедряя красно-лиственное пятно в зелень окружающих территорию холмов, мы добиваемся чистых цветовых восприятий. И самое главное – согласно принципам эко-динамической архитектуры размещение в динамичном рельефе Протасова Яра запроектированной динамичной архитектуры в соединении с качественно новой эстетикой территории создаст в этом месте совершенно уникальную для Киева «элитарную среду обитания».

(Корр.) А в чем конкретно заключается «элитарность» проекта «Протасов Яр»?

Жилой комплекс «Протасов Яр» расположен недалеко от центра, на оси, соединяющей центр города с одной из его высших отметок – Батыевой горой и представляющей собою одну из самых современных и удобных транспортных артерий Киева. К признакам элитарности комплекса следует отнести его расположенность «на вершинах холмов» (в Киеве это традиционно воспринимается как признак элитарности), а также его непосредственную близость к единственному в городе горнолыжному комплексу.
Это что касается места. О главном, а именно об архитектурном решении уже было сказано выше. Добавлю лишь, что некоторые из предусмотренных проектом зданий на сегодняшний день в Украине аналогов не имеют. Все это, плюс создание предусмотренного проектом дендрологического комплекса, визуальная уникальность территории приведет к узнаваемости места, создаст возможность его точного вербального позиционирования, «личностного» представления о месте проживания, что является основой формирования общественного представления об элитарности, а динамическое архитектурное решение комплекса, необычность с точки зрения восприятия «со стороны» локализует объект как уникальный, легко узнаваемый, «именуемый», и уже только поэтому – престижный.
«Закрытая», охраняемая территория, предполагающая невозможность несанкционированного доступа, обеспечит ощущение защищенности, чистоты и уюта, а также своего рода «избранности». Продолжением идеи «закрытости» территории как именно элитарного места проживания является и запроектированная «самодостаточность» самого комплекса: нахождение в его пределах большинства необходимых для жизнеобеспечения и досуга обитателей предприятий и учреждений (ЖЭК, магазины, кафе, спорткомплекс, тренажерные залы, фитнес-центр, сауна, детский сад, места для прогулок и рекреационные зоны, и проч.), а возможность создания в технических этажах зданий сети офисных помещений должно привести к дальнейшему расширению и диверсификации системы обслуживания жителей микрорайона.
Будущие жильцы комплекса смогут выбрать для себя как «экономную», так и дополнительно обеспеченную «внутридомовую» среду обитания (галереи общественного назначения, расширенные холлы и проч.). Последний вариант сам по себе элитарен, но также элитарной следует считать саму возможность выбора.

(Корр.) Работа над проектом «Протасов Яр» еще продолжается, но скоро будет завершена. Впереди – новые проекты… Каким Вам видится будущее украинской архитектуры?

Я считаю, что мы живем в очень интересное время. Появились новые технологии, материалы…Современные архитекторы должны стремиться создавать органичные, и в то же время неординарные, динамичные, «элитарные» объекты, заслуживающие того, чтобы находиться в нашем замечательном городе, чтобы приезжали их посмотреть со всего мира, удивлялись, хотели бы воспроизвести их или заданные ими принципы у себя в стране. А отсюда – один шаг до создания элитарного района, затем – города. Разве не элитарны Лондон и Париж? В то же время Киев и многие другие славные в истории города Украины пока что не имеют ни достаточным образом архитектурно представленной истории, ни сколько-нибудь определенно обозначенного архитектурного будущего. Значит, у нас, полагающих в основу нынешних и будущих проектов принципы нарождающегося стиля эко-динамической архитектуры, все еще впереди.